Сергей Переслегин: «Пандемия коронавируса – это масштабный эксперимент по зомбированию»

«Недели через две у людей начнут возникать вопросы. Уже сейчас они появились у некоторых врачей, которые пожимают плечами: «Вы что, все с ума посходили?» — говорит футуролог Сергей Переслегин, считающий коронавирус переоцененной инфекцией. О том, кто прихлопнул Китай, словно малярийного комара, смогут ли США вернуть себе мировое лидерство, удастся ли поделить человечество на «дикарей» и элиту и как под шумок эпидемии делят деньги и власть, Переслегин рассказал в интервью.


— Сергей Борисович, последние события, связанные с COVID-19, все больше напоминают фантастику, причем катастрофического жанра. Закрываются границы, прекращается авиасообщение, людям советуют не отходить дальше чем на 100 метров от собственного дома. Рушатся все связи, скреплявшие еще вчера единый глобальный мир. Так что же: мы присутствуем при очередном конце истории и на этот раз занавес опускается над глобализацией? Домашняя самоизоляция всех и каждого — это такая модель нового общественного устройства, согласно правилам которого вскоре будут жить не только граждане, но и целые государства?

— Ваш вопрос напоминает мне старый анекдот: «А не амперметром ли измеряется сила тока?» Варианты ответов: «Да, есть, так точно». Да, это конец глобализации и конец режимов посттоталитарной демократии. Полное переформатирование мира. Другой вопрос, что подобное произойдет далеко не сразу. Вспомним для примера 1990-е годы, которые лично у меня еще живы в памяти: тогда ведь крах Советского Союза тоже произошел далеко не сразу, не одномоментно. И даже, пожалуй, не было такого конкретного дня, когда мы могли бы сказать: «Вот и все — Союза больше нет, а вместо него непонятно что». Да, были августовские дни ГКЧП, случился декабрь 1991 года, когда подписали соответствующую декларацию, но все это — этапы. Сейчас то же самое. Грядет достаточно длинный период, в течение которого ситуация будет медленно меняться: то чуть получше станет, то чуть похуже… Такое займет, по моим подсчетам, около четырех лет. Затем в течение 15 лет (просто быстрее люди работать и думать не умеют, да и вряд ли в нашем случае у них получится) этот самый новый мир будет выстраиваться. Значит, примерно через 20 лет мы получим следующую стадию развития. Если опять проводить аналогии с распадом СССР, то где-то к 2005–2006 годам мы получили Россию как энергетическую сверхдержаву, заменившую Союз и нашедшую себе какое-то место в глобальном мироустройстве. Вот с такой примерно скоростью мир станет меняться и на этот раз. Новым рубежом могут оказаться 2040-е годы.

— А ведь еще не так давно, менее года назад, Си Цзиньпин, выступая на пленарном заседании петербургского международного экономического форума, произвел Китай в новые лидеры глобализации. «Нравится это вам или нет, глобальная экономика — большой океан, от которого невозможно скрыться», — заявил генсек ЦК КПК. И что же теперь?

— А теперь уже нет. Как я понимаю, одной из причин всех этих событий, развязанных под брендом коронавируса, как раз и был Китай, точнее, стремление убрать его с позиций мирового лидерства. И я склонен думать, что это удалось. Смотрите: даже когда пандемия закончится (а она, естественно, закончится — я подразумеваю даже не столько саму пандемию, сколько информационную вакханалию вокруг нее), недоверие к Китаю останется. Например, то обстоятельство, что КНР в значительной мере организует свои бизнесы за счет сетевой доставки товаров, теперь напрямую ударит по самим китайцам. Люди будут бояться заказывать товары из Поднебесной: а вдруг там, в этих посылках, которых прежде ждали с таким нетерпением, притаились вирусы? Подобное будет сопровождаться реальным падением китайской экономики, которая уж очень сильно оказалась ориентирована на глобальную экономическую систему.

Еще один момент: для КНР было крайне важно снижать у себя социальное напряжение, отправляя во все уголки мира множество китайских туристов. Теперь же я почему-то склонен думать, что китайских туристов особенно нигде не ждут. По крайней мере, все развитые страны будут долгое время их мурыжить, прежде чем разрешить въезд: требовать сложно составленных документов, дорогих медицинских страховок и прочее. Если вообще будут пускать к себе гостей из КНР.

Поэтому я и говорю, что основной удар был нанесен по Китаю. В несколько меньшей степени, но тоже очень сильно — по Европейскому союзу, который не привык к тому, чтобы сильно себя ограничивать. А нас с вами, то есть Россию, просто, что называется, осколками зацепило. Потому что стреляли не по нам.

— Раз мы заговорили о том, кому это выгодно и кто является наиболее пострадавшей стороной, уместно спросить: имеет ли вирус рукотворное, искусственное происхождение или он возник в силу естественных причин? Как вы считаете?

— У меня очень жесткий ответ на гипотезы об искусственном происхождении COVID-19 — нет. Я никак не могу понять, на каком основании утверждается, что вирус лабораторный. Рассуждаю не в смысле конспирологии, а в русле элементарной логики. Тут стоит рассмотреть два момента. Первый: летальность COVID-19. Для летальных инфекций смертность от коронавируса довольно мала, а для нелетальных — очень велика (в дизоне от 2,5% до 4%, по оценкам экспертов, — прим. ред.). Когда кто-то делает бактериологическое оружие, он обычно достаточно строго ранжирует: оно летальное или нет. Никто не разрабатывает промежуточный вариант, потому что таковой непредсказуем и с ним довольно тяжело и неудобно работать. И второй момент, более важный: вся группа коронавирусов — это неустойчивые и быстро мутирующие вирусы (медики насчитывают до 40 их разновидностей — прим. ред.). Даже если вы изготовите один из таких вирусов в лабораторных условиях, он уже через две недели будет другим, вам данный процесс не удастся проконтролировать, поэтому смысла делать бактериологическое оружие на материале такого изменчивого, непостоянного семейства вирусов просто нет, никакой нормальный, вменяемый вирусолог или военный заказчик этим заниматься не будет.

На мой взгляд, COVID-19 — обычная гриппозная инфекция, вполне реальная, с относительно высокой патогенностью и достаточно высоким уровнем смертности, похожая на многих своих предшественников, которые и раньше (на протяжении столетий) приходили к нам с Юго-Восточной Азии или из Китая. Это стандартная, одна из многих мутаций одного из коронавирусов. Если не ошибаюсь, с начала пандемии он уже два или три раза мутировал, после чего свойства его поменялись.