Эльмар Мамедъяров: Провокации на линии фронта наносят ущерб ведению переговоров по урегулированию конфликта

Министр иностранных дел Азербайджанской Республики Эльмар Мамедъяров в интервью ответил на вопросы относительно результатов встречи с армянским коллегой в Вашингтоне.

Представляем вашему вниманию данное интервью.

- Господин министр, в Вашингтоне при посредничестве сопредседателей Минской группы ОБСЕ состоялась Ваша очередная встреча с армянским коллегой. Как Вы в целом могли бы оценить её итоги?

- В данной связи я всегда отмечал, что каждая подобная встреча в рамках ведущихся переговоров по урегулированию армяно-азербайджанского нагорно-карабахского конфликта рассматривается, в первую очередь, с точки зрения продвижения процесса. Встречи должны иметь место не ради самого факта их проведения, а во имя достижения конкретных результатов. Исходя из этого, мы неоднократно заявляли о том, что являемся приверженцами субстантивных переговоров. Обратите внимание, что и в последних заявлениях сопредседателей на вопрос проведения субстантивных переговоров делается особый акцент. Так как совершенно очевидно, что если цель переговоров, как то явствует из самого их названия, заключается в разрешении затянувшегося конфликта, то должны предприниматься содержательные шаги, ориентированные на достижение искомого результата, должна быть продемонстрирована политическая воля и решимость.

К сожалению, только что сказанное мною не может быть представлено как результат встречи в Вашингтоне. Эта встреча в большей степени могла бы быть охарактеризована как обсуждение реализации договорённостей, достигнутых в ходе предыдущих раундов переговоров, состоявшихся в Париже и Москве. Безусловно, обсуждения всегда ценны, но хотел бы подчеркнуть и то, что в отсутствии результатов надобность даже весьма продуктивных обсуждений несомненна. То есть в целом встреча в Вашингтоне была полезной, но она ещё раз показала то, что на нынешнем этапе процесса и далее уклоняться от шагов, ориентированных на достижение конкретных результатов, весьма трудно, а скорее и вовсе невозможно, если мы искренни в своих намерениях добиться урегулирования этой проблемы дипломатическими способами.

-В заявлениях и комментариях, распространяемых после встречи отмечается, что сопредседатели представили вниманию обеих сторон некие предложения. Что Вы можете более развёрнуто сказать по этому поводу?

- Здесь прежде всего следует отчётливо представлять, что освобождение оккупированных территорий Азербайджана и возвращение туда азербайджанских вынужденных переселенцев является одним из ключевых элементов во всех обсуждавшихся до сих пор документах по урегулированию конфликта. Логично, что так как причиной конфликта стала оккупация территорий Азербайджана вооружёнными силами Армении, а 4 резолюции СБ ООН, принятые в 1993 году, требуют незамедлительного, полного и безоговорочного вывода оккупационных сил с захваченных ими территорий Азербайджана, то и следствием должно выступать устранение военной оккупации, дабы можно было говорить о мире, обеспечении безопасности и благоденствия в регионе.

Касаясь же предложений сопредседателей, представленных на вашингтонской встрече, здесь имели место определённые интересные предложения, связанные с реализацией конкретных инициатив в гуманитарной плоскости и в области безопасности, отражённых в заявлениях по итогам предыдущих встреч, а также инициативы по оценке ситуации, складывающейся в регионе. Самым же важным является то, что должна быть продемонстрирована политическая воля в направлении реализации этих инициатив и осуществления шагов, нацеленных на достижение результата.

- Господин министр, в преддверии вашингтонской встречи возросло напряжение в прифронтовой зоне. Армянские вооружённые силы совершили ряд провокаций, привлекли внимание безосновательные заявления и действия министра обороны Армении. Ваш армянский коллега в своих комментариях по итогам встречи в Вашингтоне отметил трудность ведения переговоров в атмосфере эскалации напряжённости и высказался о негативном влиянии этих тенденций на переговорный процесс. Хотели бы узнать ваши соображения относительно указанных моментов.

- Действительно, напряжённость на линии соприкосновения перед встречей в Вашингтоне была высока, и заявления министра обороны Армении обнажали намерения, вынашиваемые зачинщиками этой напряжённости. Верно и то, что провокации на линии фронта наносят ущерб ведению переговоров по урегулированию конфликта. Но хотел бы отметить, что не согласен с мыслью о том, что невозможно продолжать обсуждения в условиях роста напряжённости в прифронтовой зоне. В данной связи хотел бы напомнить, что будь то мадридские принципы, их обновленный вариант, казанский документ или документ, именуемый «планом Лаврова», в процессе ведения переговоров на основе всех этих предложений на линии фронта отнюдь не царило спокойствие. Но мы продолжали эти переговоры, работу над этими документами и в периоды напряжённости. То есть искусственно привязывать эти два параметра друг к другу неверно. Основное, вновь повторяю, это демонстрация политической воли и не превращение переговоров в заложника ситуации в прифронтовой зоне.

- Армянская сторона последовательно совершает попытки привлечь незаконный сепаратисткий режим за стол переговоров. Конечно, позиция Азербайджана в этом вопросе ясна, но, принимая во внимание, что министр иностранных дел Армении после встречи в Вашингтоне вновь озвучил эту тему, хотели бы услышать Ваш комментарий в данном ключе.

- Наша позиция известна. Существуют две непосредственные стороны переговоров: Армения и Азербайджан. И причина этого также очевидна. Сегодня вооружённые силы Армении продолжают незаконно находиться на международно-признанных территориях Азербайджана, это – военная оккупация. В числе жертв этой военной оккупации – сотни тысяч ставших на своей Родине вынужденными переселенцами жителей Нагорного Карабаха и прилегающих районов, подвергшихся этнической чистке. Официальные лица Армении, когда говорят о населении Нагорного Карабаха, не должны забывать, что это население, наряду с армянской общиной, включает и азербайджанскую. В регионе проведена этническая чистка, люди насильственно изгнаны из своих домов, и после всего этого в какие этические и юридические рамки армянская сторона пытается вписать разговоры о принципе «самоопределения народов»?

Обе общины Нагорного Карабаха являются заинтересованными сторонами в разрешении конфликта, и вопрос их подключения к переговорам на определённом этапе может быть рассмотрен основными участниками этого процесса. Однако, попытки протащить это в повестку дня на нынешнем этапе более походят на поиск неких отговорок с целью уклонения от субстантивных переговоров. Иначе, если руководство Армении действительно не в состоянии говорить от имени сепаратистского режима в Нагорном Карабахе, то что делают вооружённые силы Армении на территории Азербайджана?

- В Вашингтоне было объявлено о том, что министры согласились на проведение в ближайшие месяцы очередной встречи. Как по-вашему, можно ли будет ожидать от предстоящей встречи конкретных результатов?

- Мы должны прилагать усилия, дабы добиваться результатов от каждой встречи, по крайней мере, азербайджанская сторона хочет этого и преисполнена решимости продвигать переговорный процесс. Любая встреча без результатов – это упущенные возможности. С сожалением вынужден отметить, что за эти годы упущено множество возможностей. Если спросить о причинах, то, по моему мнению, они были связаны с отсутствием перспективного видения на фоне близорукости и зашоренного мышления, нежеланием задуматься над будущим своей страны, региона и добиться его процветания, с неспособностью принимать самостоятельные решения. Скорейшее разрешение конфликта в плоскости международного права в короткое время способно принести в регион долгожданный мир, стабильность, устойчивое развитие и благоденствие.

Азербайджанская сторона со всей очевидностью осознаёт эти реалии и взаимодействует с сопредседателями Минской группы ОБСЕ, с нашей позицией солидаризируется международное сообщество, принимая на уровне ООН и других международных организаций соответствующие резолюции и решения. И чем быстрее руководство Армении окажется способно на деле демонстрировать политическую волю и предпринимать конкретные шаги в направлении продвижения ответственных субстантивных переговоров с целью получения долгожданных конкретных плодов урегулирования, тем скорее мы сможем выйти на путь безопасного и стабильного развития региона.